парк был полон одиночества и позднего лета, грузных фонтанов и начинающих появляться из любовно подстриженных кустов кроликов
я шла, вся в платье с розами, мимо цветов и кроликов, к закату над рейном, и можно было подумать, что я иду бросаться в волны, как лорелея
но солнце все не сдилось, по волнам бежал темный кораблик с мини-бусами (17 рядов по пять бусиков на обеих палубах), внутренняя лорелея уступила внутреннему пончику (он помнил о лотке салата в сумке, и память эта терзала его)
ничего нет на западе прекраснее рейна. ничего романтичнее. даже с баржами и пончиком.